Главная / Вдохновение / «Я никогда не повышу голос на своего ребенка»

«Я никогда не повышу голос на своего ребенка»

На российском книжном рынке масса книг про воспитание детей, но почти нет популярных изданий о том, что происходит с самой женщиной, когда она впервые становится мамой. Журналист Елена Безсудова и психолог Татьяна Поспелова с юмором описали основные стереотипы и вызовы, с которыми сталкивается современная молодая мама, в своей книге «Мама дорогая! 9 мифов о материнстве». «Матроны» публикуют главу из книги.

В первой части солирует Елена Безсудова (мама Лена). Она искренне описывает проблему, с которой ей пришлось столкнуться, воспитывая ребенка, и задает вопросы специалисту. Далее подключается психолог Татьяна Поспелова (мама Таня), которая отвечает на вопросы и дает анализ происходящего.

Елена Безсудова и Татьяна Поспелова

Мама Лена

Пожалуй, это самая сложная для меня глава. Мы будем говорить о происхождении материнских срывов, которых у разумной, взрослой, нормальной матери быть не должно. А они случаются. И порождают колоссальное чувство вины, которое является главной причиной несчастливого родительства.

Я часто читаю в интернете и соцсетях посты о том, что русские отвратительно ведут себя со своими детьми. Кричат в аэропорту и магазинах. Унижают, выложив ролик с «рыдающим ангелом»» на YouTube. И даже прилюдно грозятся сдать в детский дом. Эти добрые и терпеливые люди, строчащие разгромные паблики, готовы агрессивно или прогрессивно (в зависимости от уровня образования) клеймить позором нерадивых родителей и даже угрожать вызовом ювенальной службы. Но мало кто из них протянет матери руку помощи в том же супермаркете, перед тем как у нее, засовывающей в тележку йогурты и брыкающегося ребенка, закончится терпение. Да, кричать на малыша некрасиво и бесполезно. Но такое случается. Со всеми, правда.

Я видела, как люди относятся к детям, своим и чужим, в разных странах мира. Какое-то время я жила в Канаде и однажды зашла в банк по какому-то муторному финансовому делу. Очередь была приличная. Я присела на стул и стала ждать, когда на табло высветится мой номер. По полу катался мальчик лет пяти. Он делал это на зависть самозабвенно и совершенно не думал, что мешает посетителям, хотя задевал их ногами и закатывался под стулья. Клиенты банка смотрели на ребенка и улыбались. Я про себя решила, что мальчик, видимо, с диагнозом и поэтому все так доброжелательно и спокойно реагируют. Однако когда они с мамой прошествовали к выходу и мне удалось его разглядеть, стало понятно, это мальчишка совершенно обычный. Да, катание по полу вряд ли нравилось посетителям, однако они подбадривали маму улыбками, она была спокойна, быстро сделала свои дела, и все участники эпизода сохранили poker face. Представляю, что было бы, если ребенок ползал бы под стульями в Сбербанке…

Италия, Рим. Мы с подругой и ее девятимесячной дочкой, которая, конечно, плачет, делаем сложную пересадку. Помимо кричащего ребенка гремим коляской и чемоданами. К нам подбегают счастливые носатые итальянцы, отбирают Алессандру, транспорт и багаж, улюлюкают и корчат смешные гримасы, несут прямиком в самолет, передают малышку стюардессе, долго восхищаются, какие мы замечательные (Bellissimo seniori! Bellissimo bambino!), и на протяжении всего полета всячески развлекают детку. Нам хорошо и спокойно.

Рейс Москва – Берлин. Летим в пресс-тур на презентацию новой линейки ноутбуков. Главный редактор одного известного женского издания пьет воду без газа и читает журнал. За ней сидит девочка лет шести и монотонно стучит по спинке кресла обеденным столиком.

— Девочка, ты что, дура? — поворачивается к ребенку главред.

Мы с коллегами хмыкаем. Молодец баба, сделала девчонку! А как еще разговаривать с маленькой бандиткой, если по-хорошему она не понимает?!

Испания. Очередь на рейс Барселона – Москва. Мама с тремя девочками-погодками в возрасте от двух до пяти не может получить посадочные талоны, потому что нет какой- то бумаги от папы, который у каждого из детей разный. Эта сплетня пчелиным жужжанием расползается по загорелой очереди, которая уже готова сожрать многодетную росомаху со всем ее потомством. Люди тихо негодуют: и как эта дамочка вообще осмелилась куда-то лететь?! Сидела бы себе на старой даче, мерила бы с детьми лужи на разбитых поселковых дорогах.

Рейс задержали на несколько часов по местным испанским причинам (ah, manana!). На борту уставшие дети устроили пассажирам холокост. Бедная мать сидела с отрешенным лицом, смотрела в стаканчик из-под сока и бесцветным голосом твердила: «Девочки, не ломайте самолет, не ломайте самолет, не ломайте самолет…». «Действительно, ну что за овца, — мысленно возмущалась бездетная на тот момент я. — Мало того, что не может утихомирить свою гвардию, так еще выдала младшей планшет, а ведь это так вредно для зрения. И сама уткнулась в телефон. Зачем вообще рожать ребенка, если с ним неинтересно общаться? Когда родится мой сын (я почему-то всегда знала, что будет непременно сын), я не буду давать ему все эти гаджеты до самой школы. Мы будем читать книжки, играть в «сороку-воровку» и смотреть правильные советские мультики. Вот, кстати, рядом с мамашей лежит журнал, в котором, я сама видела, были задачки и головоломки для малышей. Почему бы не порешать с детьми ребусы? Это ведь гораздо полезнее, чем глупые игры на айпаде…».

Сейчас, когда Герману три, я порой замечаю, что мы сидим на диване, уткнувшись в свои планшеты. Спохватываюсь, убираю, отбираю и говорю: «А давай-ка с тобой поболтаем. Ну-ка расскажи, что было сегодня в садике?».

Но вернемся к нерадивым мамашам. Да, к сожалению, в сознании большинства мать, которая поехала одна с тремя детьми отдыхать, — это неудобство. Мать, ребенок которой плачет и балуется в самолете, — плохая мать. Мать, которая не может занять его ребусами, — плохая мать. Мать, которая дает ребенку айпад, чтобы не тревожить окружающих, — плохая мать. Мать, которая не вывозит детей на море, — плохая мать. Мать, которая рявкает на ребенка, потому что не может более выносить укоризненные взгляды соотечественников, — отвратительная мать, достойная целой осуждающей колонки в «Снобе».

Но я очень рада, что ситуация исправляется! Что когда мы летели с годовалым Германом из Черногории, сидящая впереди девушка спустила к нему по креслу игрушечного кита на пружинке. А один дедушка выдал собственный блокнот и ручку — рисовать. Что к нам подошла стюардесса в блузке с декольте и сказала, что она наша на все время полета и готова оказать всяческую помощь. А сын указал пальчиком на вырез в блузке и со знанием дела громко произнес: «Сися!». Спасибо вам, мои хорошие, после пяти часов в аэропорту с ребенком на руках я была никакой матерью.

Когда у меня не было сына, я с ужасом смотрела на мам, которые прилюдно третировали своих крошек. Хотелось повязать на руку ленту с надписью «дружинник», подойти и сказать: «Что же вы кричите, уважаемая? Как не стыдно? Зачем детей рожали с такой паршивой психикой?». Я клялась себе, что никогда не буду повышать голос на своих детей. Заранее и с удовольствием читала книги по воспитанию, где были описаны всякие способы решения конфликтов.

«Если вам хочется накричать или тем более шлепнуть ребенка — бегите, бегите от него как можно дальше», — писал в своей книге американский автор Джон Грей. «Действительно, как просто, — умилялась я, — встала и просто ушла, ну это я смогу». Настольной книгой стала «Радость воспитания. Как воспитывать детей без наказания» Кэтрин Кволс. Известный семейный консультант объясняет, почему ребенок не слушается взрослых, и дает советы, как прийти с ним к консенсусу. Автор напоминает, что именно родители являются примером для подражания, поэтому сначала вы должны научиться контролировать свое поведение, а уж потом требовать этого от чада. Кэтрин советует разные полезные штуки. Например, вы такая разговариваете с подругой, а ребенок подходит и требует вашего внимания. Оказывается, достаточно положить малышу руку на плечо, дав таким образом понять, что вы им займетесь, как только договорите. Что ж, это действительно правильные книги. Возможно, предложенные способы работают с пятилетними детьми. Но ни в одной из них не написано, как не обзавестись нервным тиком с ребенком в самом нежном и сложном для конструктивного диалога возрасте, то есть до двух-трех лет. Как можно «убежать подальше» от ноющего третий день подряд грудничка, вот скажите, как?

Однажды я не могла дозвониться до подруги, которая полгода назад стала мамой, и решила, что она отключила звонок, потому что малышка спит. Лера перезвонила мне сама.

— Я закрылась в ванной и плакала, меня довела дочь, — жаловалась она.

Я тогда не могла понять, как шестимесячный ребенок может довести взрослую женщину до слез, и решила, что проблема в чем-то другом, просто Лера не хочет об этом говорить. Оказалось, может. Нет, ребенок, конечно, совершенно ни при чем, и это проблема взрослой женщины, «которой, наверное, не стоило рожать, раз она не в состоянии взять себя в руки».

Расскажу, как подобный срыв произошел у меня. Просто чтобы вы понимали всю непредсказуемость и хаотичность его природы. Было прекрасное субботнее утро. Я готовила традиционный омлет, на плите варился кофе. В стульчике сидел Герушка и ждал свой творожок. Муж серфил новости в интернете. Я только что заглянула в рабочую почту и поняла, что, несмотря на выходной, она лопается от писем. Настроение было отличным. Мы планировали позавтракать и отправиться в парк гулять и кормить уток.

Тут начался небольшой бытовой коллапс. Омлет начал пригорать, телефон сообщил, что пришло еще одно письмо, кофе с шипением вылился на варочную панель, разумеется, залив ее.

— Посмотри, как смешно китайцы спасают панд от землетрясения, — пригласил меня к просмотру забавного ролика благоверный.

Ребенок запустил руки в творожок, стоящий на детском столике. Тот перевернулся и упал на пол, заляпав половину кухни.

Это совершенно обычная ситуация. В общем, подобное происходит изо дня в день, и меня совершенно не заводит, не расстраивает и не раздражает такое течение событий. Я спасаю омлет, прошу мужа сварить новый кофе, вытираю пол, смотрю ролик. И улыбаюсь. Но именно в ту субботу в моей голове что-то замкнуло, и глаза застелила белая пелена ярости.

«Бегите, бегите от ребенка как можно дальше», — вспомнила я слова Грея и вылетела в коридор. Там я утратила контроль над собой. Раненым медведем шаталась по квартире, кляла судьбу и вопила, что сил моих девичьих больше нет. Хлопала дверьми. И пару раз пнула попавшийся под ноги детский горшок. А потом завалилась на кровать и залилась глухими слезами бессилия… Успокоившись, я не могла понять, что это вообще было. Понимала только одно: я — ужасная мать. Несколько дней назад мы были на семейной фотосессии, нарядные и напудренные, в цветущем яблоневом саду. Я была просто квинтэссенцией материнства — в длинном летящем платье, с нежной улыбкой на устах. Знала бы фотограф, что я могу быть и такой — мечущейся по квартире и пинающей детский горшок. Сделать бы фоторепортаж на тему…

Чувство вины было огромным. Я предала свой главный принцип — никогда не кричать на ребенка и в присутствии ребенка. Может быть, такой истеричке, как я, вообще не следовало иметь детей?.. Я по-настоящему страдала несколько дней и, боясь повторения эксцесса, поехала на консультацию к специалисту.

— С чего вы решили, что у вас проблемы с головой? — психолог Юлия вскинула на меня удивленный взгляд поверх очков в изящной оправе. — Возможно, вы мне не поверите, что все мамы, вот все без исключения, так или иначе кричат на детей, кричат при детях, шлепают детей, ругают детей. Вы совершенно не должны чувствовать себя виноватой или плохой. Потому что вы живая и испытываете разные эмоции. Вы очень хорошая мама, если этот невинный в общем-то срыв беспокоит вас настолько, что вы приехали ко мне с другого конца Москвы. Но проходить курс терапии или записываться на курсы подавления гнева для родителей, которые сейчас активно рекламируют в интернете, поверьте, не стоит. Лучше потратьте это время на что-то приятное.

— Но ведь это маленький, годовалый ребенок, который не сделал ничего ужасного. А я так себя вела, пинала горшок…

— Это реакция на ситуацию. Такое впервые произошло?

— Да.

— Вы должны быть готовы к тому, что подобные срывы могут повторяться. Невозможно всегда улыбаться, да и не нужно. Да, вы можете себя сдерживать, щипать, задерживать дыхание, но иногда нет другого способа снять напряжение, кроме крика. К сожалению, со многими из нас родители порой поступали жестоко. И как бы мы ни старались, этот агрессивный паттерн уже заложен. Мы бы и рады отреагировать по-другому, и реагируем. На десять раз нас хватает, а на одиннадцатый нет.

Разговор оказался для меня полезным. В который раз за этот удивительный год моей новой жизни я разрешила себе быть неидеальной: прямо заявлять, что устала, не настроена играть или просто в дурном расположении духа («Ты ведь не хочешь, чтобы мамочка ругалась?» — даже эта вслух произнесенная вслух фраза здорово помогает). Желание пинать горшок пропало.

Да, мы очень хотим быть для своих детей лучшими мамами, чем были нам наши мамы. Мы помним детские обиды и не желаем, чтобы они повторились в отношениях с наследниками. Начитавшись литературы по детской психологии, боимся травмировать ребенка словом, криком или шлепком. Страх порождает сомнение в собственной родительской состоятельности. Поэтому мы постоянно находимся в напряжении и не прощаем себе педагогических ошибок. И таким образом перекрываем себе путь к счастливому материнству. Но что же делать? Ведь так хочется быть ласковой и терпеливой мамой, от которой пахнет корицей и домашними плюшками…

Психолог посоветовала мне способ, который позволяет быстро взять себя в руки в опасные моменты. Он реально работает, и я с удовольствием поделюсь им с вами. Понятно ведь, что от годовалого малыша невозможно уйти «погулять», когда его банально не с кем оставить. Так вот, когда я чувствую, что терпение и позитивный настрой на исходе, то по рекомендации Юлии мысленно обращаюсь к человеку, который всегда и без исключения был добр ко мне в моем собственном детстве. Это был мой дед. Я представляю себе, как бы он повел себя с ребенком. Ага, вот он берет его на руки, говорит ласковые слова, утешает, тормошит. «Рыбонька моя», — смеется дедушка и подбрасывает своего любимчика в воздух. И раздражение отступает. И откуда-то приходит Любовь. Ее так много, что я ощущаю ее физически — будто теплый оранжевый поток обволакивает нас с сыном. И я беру Германа на руки, говорю ласковые слова, утешаю, тормошу. Рыбонька моя… И время будто замирает. В такие моменты я совершенно ясно понимаю, что Бог есть. Он рядом и внутри нас. Ведь Он и есть Любовь безусловная.

Мама Таня (психолог)

Мне позвонила знакомая — чудесная мама двоих мальчишек-погодок. Когда-то мы совместно решали вопросы грудного вскармливания во время беременности, кормления тандемом, тяжелых приступов ревности у старшего ребенка. Сейчас Маша рыдала так, что я только на второй минуте разговора поняла, с кем говорю и что происходит. А происходило следующее: мама осталась с двумя детьми одна на три дня.

Для начала старший упал с качелей и сломал зуб, после чего полдня она носилась с ним и с мелким под мышкой по стоматологиям. Потом младший отказался ложиться на дневной сон, и полтора часа привычного чтения на балконе с чашкой кофе пришлось отменить. Ночью у старшего болела десна, зуб, голова, и поспать маме не удалось. Утром пришлось тащить обоих в магазин, где они хором закатили истерику, катаясь по полу и вопя как потерпевшие. Вечер тянулся бесконечно, но было на удивление тихо. Маша листала фейсбучную ленту, дети мирно играли в комнате.

А потом на кухню вбежало нечто. Вообще-то, до того как дети постригли и покрасили нечто гуашью, это был шпиц. Месяц назад его закончили лечить от аллергии, потратив на ветеринара энное количество денег и времени. И случился блэк-аут. По словам Маши, от ее крика шпиц описался под столом. Собаку она швырнула в ванну, детей за шкирку отволокла в спальню, хлопнув дверью напоследок так, что отлетел кусок штукатурки. Теперь она сидела на кухне и, рыдая, звонила мне с целью выяснить, как бы ей сподручнее самоубиться. Я спросила, чем занимаются юные стилисты. Маша проверила. Оказалось, что мальчики включили аудиосказку и рисуют (на бумаге!). Мы долго говорили, и тогда я обещала себе, что рано или поздно обязательно напишу статью о том, как пережить срыв и как не сойти с ума, шлепнув любимого ребенка, когда всю жизнь свято верил, что ТЫ. НИКОГДА. ЭТОГО. НЕ СДЕЛАЕШЬ.

Я обещала себе никогда не повышать голос на ребенка. Но это случилось…

Родительское поведение — это то, чему наш мозг обучается автоматически в детстве, наблюдая за семейной моделью. Соответственно, и поведение формируется автоматическое, в то время как оценка ситуации приходит позже. В случаях стресса (а порой родительство — это стресс) активизируется автоматическое поведение, а потом уже приходят сожаления и мысли «как же так, я же обещала себе, что никогда не буду кричать на детей, как моя мать, а сейчас прямо слышала ее голос в своей голове». И в этот момент накатывают отчаяние и безысходность, которые вызывают еще большую агрессию. Кажется, что это какой-то замкнутый круг. Главная наша задача — смириться с тем, что изменить собственное детство невозможно, и научиться прощать себе педагогические фиаско.

Мои родители порой поступали жестоко со мной, и я боюсь, что буду плохо обращаться со своим ребенком.

Скажем так: несомненно, риск того, что вы будете повторять поведение родителей, существует, но, если вас волнует этот вопрос, значит, важный шаг в преодолении проблемы уже сделан. Вам придется постоянно проделывать двойную работу, первая ее часть — оттормаживать автоматическую реакцию, которая может быть очень агрессивной по отношению к ребенку. Тут важно помнить, что мы не властны над своими эмоциями, но владеем своим поведением. Нет вашей вины в том, что в голове возникают агрессивные реакции, но важно, чтобы хватало сил их останавливать. Вторая часть работы — заменять автоматическое «заткнись» на «что с тобой сейчас происходит?», «ничего не получишь!» на «я понимаю, что ты хочешь эту игрушку, понимаю, что ты расстроен, но, к сожалению, мы сейчас не можем ее купить» и классическое «криворукий урод» на «мне жаль эту вещь, которую ты испортил, но я понимаю, что ты не нарочно».

Существует ли действенный способ, который позволяет сдержать агрессию, если меня «накрыло»?

Это вопрос собственного ресурса. На ту двойную процедуру, которую мы описали выше, требуется в два раза больше сил — чтобы затормозить и чтобы обдумать, чем заменить. Если вы устали, не выспались, у вас проблемы с супругом, родственниками, на работе, то не удивительно, что сил катастрофически не хватает и на первый план снова выходят «автоматические реакции». Здесь важно в нужный момент взять паузу. Лучше запереться в комнате и остыть, чем инициировать скандал. Вызвать няню или попросить бабушку посидеть с ребенком, а самой просто поспать или, наоборот, поработать (для многих мам интеллектуальный труд в первый год жизни ребенка — вариант отдыха). Или просто побыть одной. Совсем одной. В отношениях с ребенком играет роль не столько количество взаимодействий, сколько их качество.

Если ни о каком «возьми себя в руки» речи уже не идет то лучшее, что можно сделать, — капитулировать. Ребенку меньше двух лет? Посадите его в манеж или кровать, любое другое безопасное место и уйдите. Плачущий в кровати малыш — это меньшее из двух зол. Заткните уши, закройте дверь. Сделайте дыхательное упражнение/позвоните подруге/избейте подушку/отожмитесь 15 раз. Легче? После этого вернитесь, обнимите маленького изверга и пообещайте себе завтра же отправиться на шопинг или чашку чая в компании с самым приятным на свете человеком, то есть с собой. Найдите эту возможность и живите надеждой на чай, чтобы срыв не повторился.

Детям постарше нужно объяснить, что случилось и почему мама ушла. В моем исполнении (да-да, у меня, дипломированного психолога, мамы троих детей, тоже бывают срывы!) это звучит примерно так: «Аня, я очень рассердилась, я была так зла, так зла! Я успокоилась, и теперь мы можем поговорить» (Ане два с половиной). Моя старшая, шестилетка, в приступе гнева молча разворачивается и уходит к себе, а возвращается, когда первое негодование схлынуло и она готова обсуждать проблему. Обнимать, жалеть и всячески проявлять нежность обязательно с детьми любого возраста, им тоже бывает трудно.

Подводим итоги

Главное, что вы должны помнить, собирая в совок обломки игрушечного бластера: ничего ужасного не произошло. Да, вы не сдержались, наорали или даже отвесили оплеуху своему сокровищу, бластер вот разломали, но это никакая не катастрофа, как любят сегодня писать интернет-порталы для мам. Вы всегда правы. Просто сегодня тяжелый день. И вы ошиблись. Не спотыкается лишь тот, кто лежит на диване.

Многие из нас сами росли в условиях нехватки психологического комфорта и не раз клялись себе, что уж когда они станут мамой или папой, то никогда не будут вести себя так, как поступали их родители. Но прежде чем обижаться на собственных родителей и критиковать их методы воспитания, вспомните о том, что именно они вырастили такого прекрасного человека как вы (или вы не согласны?). Да, все мы родом из детства, да, у каждого из нас есть факты биографии, которые повлияли на судьбу и характер. Но именно поэтому мы все такие разные. Примите же свою историю как данность и научитесь жить с ней, а не пытаться изменить себя.

Что касается «агрессии» по отношению к детям, то важно понимать, что здоровая авторитарность — это нормально. Вы — большая, ребенок — маленький. Вы — главная, он — ведомый. Когда увидите на книжной полке пособие из серии «Как воспитывать ребенка без наказаний», подумайте о том, что это в первую очередь товар, который покупают, потому что наказывать детей сегодня считается моветоном. С ними советуют договариваться. Но к сожалению, это не всегда получается. Другое дело, что ребенку, как воздух, нужен тактильный контакт. Обнимать, целовать, вместе спать — это очень важно и делает всех счастливыми. И даже если ребенка отругали, обязательно потом подойдите, обнимите крепко-крепко. Объятия — это любовь.

Источник

Поделиться в социальных сетях

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*